Camel

Camel – одна из самых заметных групп прогрессивного рока. Несмотря на то, что группа так и не смогла добиться коммерческих высот Yes или ELP, ее вклад в мировую музыкальную кладовую также неоценим – запоминающиеся темы, инновационные приемы Camel, как и объединение самого лучшего из различных музыкальных жанров настоящие меломаны всегда оценят по достоинству.

Группа взяла более чем триумфальный старт в самое продуктивное для прогрессивных команд время, продержала самый высокий уровень на протяжении работы первого состава, просев только в самом конце семидесятых, смогла выжить в тяжелые времена для прогрессивного рока, протащилась сквозь восьмидесятые и достойно встретила девяностые. Их последнее, но, будем надеяться, не окончательное студийное творение, А Nod And A Wink выпущено совсем недавно, в 2002 году, и достойно самого пристального внимания любителей интеллектуальной музыки. На протяжении более тридцати лет существования состав Camel менялся неоднократно, тем не менее основавший группу Andrew Latimer оставался достойным лидером во всех ее составах.

История Camel начинается в середине шестидесятых прошлого столетия, когда гитарист Andrew Latimer со своим братом Яном и друзьями Alan Butcher и Richard Over в своем родном городе Guildford основал группу The Phantom Four. Группа эволюционировала в Strange Brew, закончившей свое существование в середины 1968 года после ухода двух членов ее состава. Оставшись вдвоем, Latimer и Butcher разместили рекламу в местной газете о поиске басиста. Doug Ferguson, откликнувшийся на это объявление, поразил Латимэра своими способностями и был принят в новое блюз-трио The Brew незамедлительно.

С самого появления в The Brew Фергюсон настаивает на включение в группу 14-летнего барабанщика Энди Уарда, его товарища по группе Misty, и в январе 1969 года Andy Ward заменяет Бутчера. В таком составе группа проявляет больше активности, принимая любые приглашения и выступая при каждом удобном случае. Одна из рассылаемых по всем известным звукозаписывающим компаниям Лондона демо-записей The Brew попадает в руки бывшего издателя The Beatles Дика Джэймса. Его компания DJM работала в тот момент с певцом, композитором и пианистом по имени Phillip Goodhand-Tait, и было решено использовать трио, как сопровождающую группу для альбома «I Think, I’ll Write A Song», выпущенного в 1971 году.

Расстроенные отсутствием успеха альбома, да и своей фоновой ролью в нем, музыканты рвут с DJM, но этот важный контакт позволил им понять потрясающие возможности, предоставляемые клавишными инструментами. Известный уже Латимеру прием с размещением рекламы работает безукоризненно и во второй раз. Peter Bardens, знакомый с интеллектуальной музыкой совсем не понаслышке, отзывается на объявление, данное в Melody Maker. Играя на заимствованном у общего друга трио (который сам рассчитывал занять вакантное место клавишника в группе) органе Hammond, Bardens подтвердил свой громадный опыт незаурядными способностями. К тому моменту он уже играл с Миком Флитвудом в ‘63 в группе The Cheynes, провел несколько месяцев в 65 с группой Them (Van Morrison), после чего основал группу Peter B’s (Mick Fleetwood и Peter Green). Позднее все три музыканта объединили усилия в группе Shotgun Express, в которой кроме них участвовали Rod Stewart и Beryl Marsden. Кроме этого, у Барденса к тому моменту было выпущено два сольных диска «The Answer» и «Peter Bardens», имевших неплохие рецензии, которые, к сожалению, не принесли коммерческих успехов. В итоге к моменту, когда Барденс ответил на объявление группы The Brew в журнале Melody Maker, он, разочаровавшись в английской сцене, планировал переехать в США.
Питер имел некие концертные обязательства в Белфасте, где группа и выступила под временным названием Peter Barden’s ON (группа существовала некоторое время на самом деле и включала в себя, кроме Барденса, следующих музыкантов: Reg Isadore, John Owen, Vic Linton).

Первое выступление новообразованной группы Camel случилось в роли разогрева для команды Wishbone Ash четвертого декабря на сцене технического колледжа Waltham Forest.

Группа познакомилась с агентом по продаже билетов Джоффом Джюйксом, который основал к тому времени агентство Geminy. Джюйкс стал менеджером команды, и благодаря его усилиям к августу 1972 года Camel подписал контракт со звукозаписывающей компанией MCA на запись одного альбома с возможностью продления контракта.
После двух недель, проведенных в студии, их молодой продюсер, Dave Williams, решил, что группе необходим еще один участник, вокалист. Прослушивания длились три дня, и привели к тому, что все четверо участников команды согласились поделить роли вокальных партий между собой.

Результатом усилий группы стал альбом Camel, выпущенный в феврале 1973 года. Материал получился весьма самобытным и интересным и составлял 7 не связных между собой произведений, в основном написанных Латимером и Барденсом. Прекрасно подобранное сочетание направлений в музыке, широкое применение ставшим в то время уже классическим для прогрессивных групп меллотрона, джазовый базис и длинные, разветвленные инструментальные темы, как и некоторое пренебрежение голосовыми партиями, составили исключительную индивидуальность группы. Альбом получился ровным и очень качественным, ни одну композицию невозможно вычеркнуть из ряда шедевров, а песни Never Let Go и Mystic Queen еще надолго оставались в достойном ряду визитных карточек группы.
73 год сам по себе является наиболее успешным для интеллектуальной музыки. Находясь на пике своей известности, самые именитые арт-рокеры, классикалы, спейс-рокеры и прогрессивные приходелики выпускают одни из лучших работ. Достаточно упомянуть Genesis “Selling England By The Pound”, Emerson, Lake & Palmer “Brain Salad Surgery”, King Crimson “Lark’s Tongues in Aspic”, Curved Air “Air Cut”, Jethro Tull “A Passion Play”, Pink Floyd “Dark Side of the Moon”, выпускают свою новую работу Caravan, активно стремятся по прогрессивным ступенькам вверх и европейские, и американские группы, после триумфа 72 года готовят потрясающий проект Yes. Величайшие группы находятся не только на пике популярности, но и объективно выпускают уже не просто успешные работы, а действительно осмысленные, одни из самых сложных и зрелых произведений в своей карьере. В такой продуктивный для музыкантов-прогрессоров год дебютный альбом любой интересной группы вполне мог остаться незамеченным, к тому же первый одноименный альбом Camel еще очень тяжело назвать прогрессивным в полной мере. Однако дебютник получил несколько весьма лестных рецензий, да и продажи для первенца вышли совсем неплохие (более 5000 копий в течение 12 месяцев после выпуска). Тем не менее, MCA отказывается использовать возможность записи следующего альбома.

Расстроенные неожиданной неудачей, музыканты не оставили своих усилий. В этот период они много выступают, распространяя свою известность, как прекрасных «живых» исполнителей. Джюйкс, организовавший в это время компанию «Gama records», связывается с известным продюсером Дэвидом Хичкоком, работавшим с такими группами, как Genesis и Caravan. После нескольких сессий, проведенных на Island records, Gama подписывает долгосрочный контракт с Деккой на выпуск всех альбомов Camel и проектов самой Decca records. Большинство материала для второй пластинки Camel уже имелось и исполнялось перед аудиторией, и все же музыканты проводят в студии много больше времени, чем на записи первого альбома, оттачивая и дополняя композиции, добиваясь истинного совершенства.

1 марта 1974 года новый альбом Mirage выходит под лэйблом Deram. Camel повезло не только с лейблом, настоящим подарком для нее оказался Хичкок, человек, который точно знает, как должна звучать группа, умеющая и желающая играть сложную, умную и разнообразную музыку. Материал, представленный на пластинке, оказался настолько сильным, что каждая композиция на альбоме по праву может считаться ярчайшей классикой мирового рока, а финальное произведение, написанное всеми четырьмя участниками группы, до сих пор завершает каждое выступление Camel. Записывая альбом, группа сохранила самое лучшее, что было в их дебютной пластинке, оставила предпочтение инструментальным партиям и добавила настоящую музыкальную зрелость, широту и математическую, четко выверенную точность. Все на своем месте, нет ничего лишнего, и нет такого, что хочется добавить. Целостный материал получил самые лестные отзывы от критики и лучших музыкальных журналов. Mirage заслуживает для своих «родителей» такие титулы, как «самая перспективная группа», «альбом месяца», и еще много других высоких эпитетов и званий. Однако, за этим не следует коммерческий успех. Альбом продается очень медленно. Группа проводит апрель и май в туре по Европе, и даже дает два концерта в легендарном лондонском клубе Marquee, а после решает выступить в Америке.

Обложка Mirage выполнена в виде дизайна коробки известной одноименной американской сигаретной марки. Сигаретники грозят юридическими санкциями, и на территории США альбом выходит с измененным дизайном. В то же время в Европе дизайн остается неизменным, благодаря договоренностям Джюйкса с европейским отделением Camel о выпуске маленьких 5-ти сигаретных пачек со списком трэков Миража и рекламы с бесплатной раздачей сигарет на выступлениях Camel (о которых не знали сами музыканты). Воодушевленные новой идеей, представители сигаретной марки встречаются с музыкантами и предлагают перекрасить их усилители в корпоративные цвета Camel и переименовать некоторые треки в соответствии с интересами компании. Саркастичный Барденс тут же предлагает название «Двадцать палочек рака», на чем все контакты между двумя идолами современности под одним именем и заканчиваются.

В Америке Camel выступает в семинедельном туре в роли поддержки Wishbone Ash, порой «разогревая» публику пятидесятиминутными выступлениями. К тому времени в Великобритании арт-рок все больше отделяется в своем высоком полете от интересов масс и чрезмерная сложность, изобретательность в музыке начинает порождать ответную реакцию – возвращать интересы хиппи к более свободной от сложного труда создания музыки психоделии, которая позже приведет к новому направлению с более чем сомнительным качествам, которое назовут известным уже в начале семидесятых словом «панк-рок». Ну а в Америке интерес к арт-року как раз находится на подъеме. Camel не были готовы к настоящему триумфу, который им устроили американцы. Ошеломившая музыкантов неожиданно положительная реакция публики заставляет их остаться на континенте и выступать еще некоторое время в стихийных сольных программах.

Несмотря на то, что следующий альбом музыканты начинают записывать только в январе 75го, работа над ним началась еще в июне 74го. Фергюсон предлагает базировать материал на какой-нибудь книге, но не ограничиваться одним треком, как случилось с Белым всадником на предыдущем альбоме (навеянным образом волшебника Гендельфа из Властелина Колец), а выполнить весь альбом на основе литературного произведения. Так как все участники группы достаточно много читают, каждый предлагает свой материал. Барденс даже сочиняет несколько произведений, но самым вдохновляющим оказался предложенный Фергюсоном короткий рассказ Пола Галлико «Снежный Гусь (Paul Gallico “The Snow Goose – A Story of Dunkirk”). Это история отшельника, уродливого горбуна Раядера (Rhayader), живущего в заброшенном маяке на болотах Эссекса. Маленькая девочка Firtha, нашедшая раненную Канадскую Гусыню, сбившуюся с пути, осмеливается попросить его помощи, так как он известен в округе, как исцелитель птиц. В процессе становления птицы между этой троицей складывается прекрасная дружба, однако излечившейся гусыне необходимо улететь, да и Фирте делать у Раядера нечего при отсутствии третьего друга. Во время битвы при Данкирке Раядер погибает, перевозя раненых на лодке, не дождавшись нескольких мгновений воссоединения старых друзей. Короткая, очень трагическая история, конечно, имеющая прежде всего антивоенные корни, так популярные тогда и, хоть убейте, не понятно почему непопулярные в наши с вами дни, была идеальным скелетом для наращивания музыкальной мышечной массы.

После нескольких споров, при поддержке Латимера, Фергюсон переубеждает Барденса, и за две недели интенсивнейшей работы в уединении коттеджа в Девоне Латимер и Барденс сочиняют весь альбом. В течение живых выступлений, в том числе и в Америке, музыка уже обкатывается на публике, хотя Латимер утверждает, что полностью материал ни разу не игрался вживую до того, как был выпущен студийный альбом.

David Bedford, успешно работавший до этого с Роем Харпером и Майком Олдфилдом (Mike Oldfield), был приглашен в качестве оркестрового аранжировщика. Получившийся материал испугал издателей, особенно в Америке. Полностью инструментальная, единая концептуальная сорока трех минутная композиция, состоящая из шестнадцати частей, не могла не возвести группу Camel в разряд легендарных арт-рок команд, однако, в коммерческом успехе получившегося материала сомневались очень сильно. Не смотря на верность своему уже сложившемуся стилю, Camel преподнесли на суд слушателей музыку весьма оригинальную. Обычные для группы импровизации были заменены на хорошо продуманные, гармонично вписанные в общий концепт, гитарные и фортепианные соло. Необычные, совершенно сказочные, волшебные звуки завораживают любого слушателя и не отпускают его до самого конца произведения, пропитанного чувственностью и изобретательностью. Из оригинальных музыкальных находок, кроме других, стоит отметить значащуюся в листе инструментов, на которых играет в альбоме Фергюсон, тяжелую спортивную куртку. Под чутким управлением своего обладателя и гитариста группы, она очень реалистично изображает хлопанье гусиных крыльев.

К каждому треку было решено приложить выдержки из текста произведения. Однако, издатели Галлико отказали в использовании любых цитат из книги, так как они уже согласились на подобный проект с Эдом Уэлчем (Ed Welch), который вместе с писателем и комедиантом Спайком Миллиганом (Spike Milligan) написал оркестровую версию Снежного Гуся (в итоге, далеко не такую замечательную и успешную, как работа Camel). В довершении, сам Paul Gallico, непримиримый борец с курением, в жесткой форме наложил мораторий на использование названия своей книги в альбоме группы, которая, в его понимании, ассоциировалась у слушателей исключительно с названием сигаретной марки. Вследствие угроз судебных разбирательств, если группа не изменит своего названия, на обложку пластинки решено было добавить слова “music inspired by…” (музыка, вдохновленная…). После всех этих неудач и неурядиц альбом, наконец, был выпущен в апреле 1975го и достиг в итоге 22 места в английских чартах. В Америке Биллборд регистрирует 162 место. Надо сказать, что Janis все-таки выпускал альбом с выдержками из книги и без слов “inspired”. Сейчас это очень ценный, серьезный раритет.

Альбом преследуют невероятно разные отклики в самых различных изданиях, замечательные продажи и очень сдержанные эмоции публики на концертах. Не смотря на возросший интерес к группе, звук на выступлениях весьма уступал тому, что был представлен на пластинке. После было решено использовать на выступлениях симфонический оркестр. Так, самый грандиозный концерт Camel дает с Лондонским Симфоническим Оркестром в Royal Albert Hall. Decca выпускает их первый сингл, а Melody Maker награждает Camel званием «Британской Ярчайшей Надежды».

На волне небывалого успеха и внимания к группе, звукозаписывающая компания требует немедленной записи следующего альбома, тем не менее настоятельно рекомендуя воздержаться от подобных интересных экспериментов и выполнить следующий альбом в более коммерчески-дружественном стиле, обязательно с вокальными партиями. Группа подчиняется и записывает свой следующий концептуальный шедевр, Moonmadness, в начале 1976 года. Альбом уже изначально обречен на успех благодаря предыдущим работам. Продюсирует его Rhett Davies, с которым группа познакомилась в течение работы над Снежным Гусем. Дэвис приносит в группу очень интересное новое звучание. Вместе с еще более откровенным движением в приджазованные ритмы и музыкальные рисунки, группа приобретает определенную космическую, размеренную атмосферность. Разгул фантазий приводит к тому, что, например, на виниловом диске первая строна заканчивалась звуком отдаленных раскатов молнии, который из-за специальной царапины на пластинке, мог продолжаться вечно, и когда слушатель переворачивал пластинку, то звук этот снова встречал его там, плавно подводя ко второй стороне альбома. В то же время, очевидно, альбом, не смотря на спешку в работе над ним, будто вбирает в себя все предыдущие успехи. Он не такой яркий и классически сложный, арт-роковый, как Мираж, не такой приблюзованный и доступный, как Кэмел, не такой сказочный, волшебный, как Снежный Гусь, но будто всасывает из всех предыдущих материалов самое лучшее и органично соединяет во всех семи произведениях без исключения. Концепция диска двойственна, во-первых, это вдохновение, дарованное луной и ее пустынными пейзажами (кратеры Aristillus and Autolycus, про которые твердит Уард на открывающем треке, Лунное море Imbrium, муза последней композиции), ну а во-вторых, это сами исполнители: Air Born характеризует Латимера, Lunar Sea – Уарда, Chord Change – Барденса, а Another Night призвана олицетворить Фергюсона.

Тур в поддержку альбома начинается немедленно, и в течение его Фергюсон представляет группу известному саксофонисту Мэлу Коллинзу (Mel Collins), который к тому времени уже имел бесценный опыт в легендарной King Crimson. Впрочем, при максимуме прогрессивности взглядов, Фергюсон не чувствует, что сам выживает себя из ансамбля. Вместе с Коллинзом, Уард все больше склоняет группу к более сложным ритмическим рисункам и джазовым настроениям. Фергюсон не находит новое направление группы подходящим для себя. После ряда конфликтов между ним и Уардом (которого сам же Дуг привел в эту группу), в январе 1977 года, Фергюсон покидает группу, ни разу после этого не присоединившись ни к выступлениям, ни к записям будущих материалов Camel. В момент морального и материального подъема, на котором находится оставшееся трио, никто не видит в этом событии большой трагедии. Более того, Уард отнесся к случившемуся весьма положительно, ибо уход басиста дает группе оправдание перед звукозаписывающей компанией для небольшой отсрочки перед записью будущего альбома. Однако, через долгие годы, сам Эндрю Латимер заметит, что уход Фергюсона имел последствия не только для звучания группы, но и разрушительные для ее стабильности.

В этом месте заканчивается история одной группы Camel и начинается история другой Camel, менее успешная, менее интересная в музыкальном плане, но более динамичная и трагичная, связанная с большим количеством интересных музыкантов и событий.

Оставшись втроем, музыканты ищут подходящую замену Фергюсону и их выбор останавливается на заметном участнике ярчайших представителей кэнтерберийской школы прогрессивного рока Caravan и Hatfield & The North, Ричарда Синклера (Richard Sinclair), не только отменного бас-гитариста, но и вокалиста (Melody Maker, например, называет его «одним из немногих вокалистов в современной рок-музыке, кто действительно умеет петь»). В это время Синклер отдыхает уже несколько месяцев после развала Hatfield & The North, не имея пока никаких серьезных планов с созданной им для развлечения группой Sinclair & The South. Он легко присоединяется к записи альбома (к тому моменту было записано уже 2 трека, Tell Me и Skylines, где на басу играет Латимер).

Над альбомом Rain Dances, пятым студийным и первым в новом составе группы, трудилось очень много профессиональных музыкантов. Doug Ferguson начинал работу над ним как басист, еще в составе Camel, плотно в группу входит Collins, в процессе работы над альбомом присоединился Sinclair. Но приглашенных музыкантов гораздо больше – наряду с Коллинзом, это и небезызвестный Brian Eno (композиция Elke – практически полностью его заслуга), исполнители на медных духовых Martin Drover, Malcom Griffiths и даже арфистка Fiona Hibbert. Кроме того, на этот раз на запись материала уходит больше восьми месяцев. Все это сказывается на качестве музыки – диск выше всяких похвал, он действительно хорош. Только почти ничего общего с прошлыми работами Camel его не связывает. Коммерческий напор все того же продюсера Рэта Дэвиса, тяжелое давление звукозаписывающей компании, ждущей хиты и синглы и мощный, безусловно более профессиональный и качественный, нежели с Фергюсоном, бас Синклера ведут группу не только в сторону джазовой, даже блюзовой «хандры», но и привносит некий, слишком заметный, налет более популярной музыки. Наверное, в наступающие тяжелые времена для прогрессивных музыкантов, это оказывается необходимым для сохранения группы. Есть музыка, которую необходимо слушать головой, а есть другая, созданная для сердца. Первые четыре диска Camel, несомненно, одной из очевидных проповедников интеллектуальной музыки, обязательно нужно уметь слушать головой. Rain Dances – первый диск в их дискографии, в котором музыку необходимо слушать сердцем. Латимер говорит, что в этом альбоме они, в отличие от Moonmadness, хотели разместить более лаконичный материал, и более джазовый. Синклер подходил для этого лучше, чем кто-либо другой. Барденс добавляет, что этот диск звучит намного доступнее, нежели все его предшественники.

В принципе, все остались довольными получившемся материалом. Звукозаписывающая компания выпустила замечательный сингл Highway Of The Sun + Tell Me, диск достигает двадцатого места в чартах, а группа проводит время в успешном туре, после которого выходит «живой» альбом «A Life Record», на котором группа исполняет в очень новом для себя стиле собственные старые композиции. Чего только стоит переделанный Never Let Go с Синклером и Коллинзом! Кроме того, на диск помещают записи предыдущего тура, с полным исполнением Снежного Гуся с оркестром. Кстати, к этому моменту у группы уже есть одна «живая» запись 1973 года (Greasy Truckers: Live At Dingwall’s Dance Hall), где они представлены на одной стороне из двух пластинок (остальные - Henry Cow, Global Village Trucking Co. и Gong, все представители стиля Canterbury Scene). Тоже, надо сказать, невероятно ценный раритет.

1978 год несет в себе самое настоящее разрушение для интеллектуальной музыки. Прогрессивные музыканты увеличивают свой потенциал, все дальше уносясь на крыльях сложных ритмов и изощренных музыкальных находок от своей публики, воспитанной на постоянном желании казаться себе повстанцами. В тот момент, когда Эрик Клептон рекламирует с телеэкранов пиво, рок умирает, так частенько поговаривали в те времена. На этой благодатной почве растет музыкальное направление, которое за два года своего основного бесноватого празднования победы над всем живым, разрушит все вокруг и оставит после себя ужасное пепелище посредственности и минимализма. Слушателю не нужны умные тесты Van Der Graaf Generator, не нужны музыкальные ухищрения Genesis и они устали от широких музыкальных форм Yes. Им не нужен мир и гармония, им нужен тупой хаос. Эволюционируя из благодатной почвы психоделии, к 1977 году панк-рок становится новой находкой молодежи по обе стороны атлантического океана, как и звукозаписывающих компаний, вовремя схватившихся за новое, простое и весьма доходное движение. И никому нет дела, что век настоящего панк-роке окажется еще короче, чем настоящего арт-рока, с 1977 по 1979 любой нормальный подросток слушает “Sex Pistols”, “Clash”, “The Stranglers and Damned” и “? and the Mysterians”. Звукозаписывающим компаниям тоже выгоден формат, в котором целый сорока пяти минутный альбом можно записать за три дня, как дебютник Clash, жаль, что он невероятно асоциален. Хотя, в большинстве случаев, и это их не останавливает. Профессионалы, которые привязали себя к интеллектуальной музыке, пытаются найти в новом взгляде на музыку свои ниши. Очень немногие интеллектуалы, выжившие в этой жуткой школе разрушения, изменяют стиль и никогда больше не возвращаются на самом деле к истинному арт-року, как явлению начала семидесятых годов, ибо после жестокого провала, который потерпел не только музыкальный стиль, но и вся философия гармонии групп арт-рока семидесятых годов в конце десятилетия, возвращение на большую сцену просто невозможен.

В Camel новое сложное время, конечно, приносит свои изменения. Richard Sinclair привносит в команду многое, но уносит самое главное – баланс между участниками. До Rain Dances, очевидно, он – одно из самых важных достоинств группы, где каждый занимает свое место. При работе над шестым альбомом, Breathless, становится понятно, что в прошлом формате группе невозможно работать. Более того, звукозаписывающей компании мало изменений, которые постигли группу в предыдущей работе. Раскол в самом сердце Camel достигает своего апогея и становится очевидным, что Барденс не сможет подобным образом работать и оставит группу рано или поздно. Это может стать очень серьезным ударом для группы, ибо замечательная игра клавишника является одной из самых ярких отличительных черт Camel. Несмотря на разногласия с лидером, Барденс заканчивает работу над новым диском. Свое важнейшее место в группе занимают и Синклер, и Коллинз, ставший полноценным участником Camel. Синклер привносит некоторые идеи, распространенные в Caravan и Hatfield & The North ранее и пишет в стиле этих групп песню Down On The Farm, кроме того, приглашает своего брата, клавишника Дэвида (David Sinclair) (он играет на Rainbow’s End и You Make Me Smile), игравшего также и в Caravan, и в Hatfield & The North. Все же основной материал для Breathless сочиняют те же Латимер и Барденс.

Получившийся альбом шокирует общественность. Ужасные рецензии не находят смешение попа и джаза с легким налетом прогрессивности интересным. Едва появившись в чартах, диск пропадает оттуда навсегда. Но это не единственная неудача, постигшая группу в 1978 году. Как только запись альбома заканчивается, уходит один из активнейших и интереснейших участников ансамбля, Peter Bardens. Он работает с Ван Моррисоном, после чего занимается собственной карьерой, исполняя музыку в стиле New Wave. Camel теряет не только одного из соавторов и важных участников, группа теряет одно из самых запоминающихся своих черт – невосполнимую манеру игры и композиции Питера Барденса.

Латимер был готов к потере Барденса, и в трехмесячный тур в поддержку альбома, место одного клавишника в группу приходят сразу два – David Sinclair (Caravan, Hatfield & The North) и другой участник группы Caravan, Jan Schelhaas. Три месяца вместе – достаточно большой срок для команды, не столь хорошо сложенной, как первый состав Camel. После тура Дэвид уходит обратно в Caravan, а его брата, Ричарда, просят уйти из группы. И дело тут наверняка не только в том, что братья обладают плохим запахом изо рта, слишком сильно ругаются или плюются на каждом шагу. Их возможная неуживчивость, конечно, играет свою роль, но три участника каравана, видимо, оказывают слишком сильное влияние на группу. Латимер привык быть лидером, но лидером демократичным, и в таком составе ему все тяжелее принимать выгодные ему решения. Ситуация настолько была ему тяжела, что он частенько повторял, что хочет переименовать группу в “Caramel”, разделив названия Camel и Caravan. Мэл Коллинз тоже покидает группу. Ему не подходит исполнительская роль в одной группе, он привык быть сессионным музыкантом, и хочет работать в этом амплуа и дальше. Кроме того, тяжелая ситуация любой прогрессивной команды, в которую он может попасть в эти годы, делает привязанность к любой из них настоящей программой похудения для собственного кошелька. Однако, вплоть до альбома 1982 года он остается очень важным музыкантом на каждом диске Camel.

Услышав запись группы Happy the Man, Латимер и Уард пытаются заполучить в свои ряды одного из основателей группы, клавишника Кита Уаткинса (Kit Watkins), потрясающего музыканта и композитора. Вместе с ним они получают прекрасную композицию для их следующего альбома и интерес Фила Коллинза (Phil Collins), принявшего участие в записи их следующего альбома (еще в будущность Happy the Man, Peter Gabriel пытается взять их в свой состав, но группа отказывается, поговаривают, что Гэбриел советовал Коллинзу сходить и посмотреть на клавишника, который теперь будет играть в Camel). Также в группу приглашается басист Колин Бас. Новые участники появляются в самом начале 1979 года в группе, и начинается, наконец, приятное время работы над следующим альбомом. Уставшая от постоянных гастролей, к тому же не самых успешных, группа проводит в Wood Farm, Suffolk, почти целый год.

Результат их усилий – очень неровный, разнообразный альбом Endangered Species. В самый последний момент перед выходом диска, группа решает привнести немного юмора, отстраниться от клейма «серьезных музыкантов», которое в то время уже никто не ценил, и называет альбом вслед за достаточно вульгарным анекдотом. Латимер выступает против, но группа в основе своей голосует за новое название, и альбом «I Can See Your House From Here» выходит в свет с посвящением Джофу Джуйксу (см. начало статьи). Шутки с религией всегда оборачиваются дурно. И так достаточно слабый альбом многие магазины не только отказываются рекламировать, но и даже продавать, либо сами задетые пошловатым анекдотом, либо боясь задеть своих покупателей. Впрочем, в альбоме есть, что послушать. Последняя композиция – единственная, которую еще как-то можно назвать прогрессивной, Ice, записана вживую прямо на студии, без перезаписи. Это десятиминутный, очень интересный, задумчивый инструментальный трек. Латимер хотел переписать некоторые места после первой записи, но Phil Collins отговорил его. Кроме того, интересна композиция Eye Of The Storm, которую Уаткинс сочинял для несостоявшегося в тот момент третьего альбома Happy the Man и привез ее в итоге в Camel (альбом “Better Late” все-таки вышел в 83году с другой версией этой композиции). Существует подозрение, что из Your Love Is Stranger Than Mine Фил Коллинз почерпнул то движение, которое он в очень близком будущем будет развивать в Genesis, хотя, скорее всего, он лишь утвердился на уже выбранном ранее пути. В конце Neon Magic можно услышать кусочек из Раядера, темы из альбома Snow Goose. Вообще, надо сказать, что, начиная с этого диска, у Латимера постоянно проскакивают кусочки самокопирования. Слушая музыку Camel восьмидесятых и девяностых, вас постоянно будет преследовать чувство deja-vu. Непонятно, случайно ли это происходит или намеренно, но факт очевиден. Возвращаясь к «I Can See Your House From Here», в основном диск состоит из песен в стиле поп с некоторыми легкими симфоническими аранжировками, но есть и такие, которые просто могут сразить наповал неподготовленного слушателя (как, например, синтетический поп Remote Romance).

Watkins сразу после тура уезжает в Америку. Ему приходится работать сразу на два фронта, кроме того, он недоволен невозможностью композиторской практики в Camel. Schelhaas также не намерен задерживаться в группе. Оба будут участвовать в двух следующих турах в поддержку альбомов Nude и Single Factor, но также оба больше не будут появляться в студии с Camel. Формально Watkins остается работать в группе, но его скорый уход очевиден. Нестабильность Camel еще не достигает своего апогея, но уже на обложке Nude, восьмого альбома группы, выпущенного в 1981 году, место участников группы и приглашенных звезд значится лишь общий список музыкантов, работавших над альбомом. Конечно, в списке Латимер и Уард, стабильно вписавшийся в состав басист Бас, сессионный духовик Мел Коллинз, клавишник Dunkan Mackay (имел несколько сольных дисков в стиле прогрессивного рока в семидесятых, работал в группе Steve Harley’s Cocney Rebel, после присоединился к Alan Parsons Project), значится и Jan Schelhaas (фортепианная партия в треке “The Last Farewell”). Кроме этого, в список музыкантов включены Chris Green (виолончель), Gasper Lawal (африканская перкуссия на “Changing Places” и тубист Herbie Flowers, участник группы Sky, организованной основателем Curved Air Фрэнсисом Монкманом (Francis Monkman). Альбом этот не просто усилен новым вдохновителем идей Camel, женой Андрю Латимера Susan Hoover. Он самый концептуальный со времен Snow Goose, ибо основан на фактах, изложенных в книге «Heroic Failures». История о японском солдате, оставшемся во время Второй Мировой Войны на острове Гуам, и, подчинявшегося приказу «Сенджинкун» (сражаться до смерти и не сдаваться), скрывавшемся на острове чуть менее тридцати лет, до 1972, рассказанная в альбоме, оказалась действительно правдивой. Кроме того, есть по крайней мере два солдата японской армии (Шоики Йокои, скрывавшийся на острове Гуам и Хиру Онода, найденный в джунглях Филиппин), имевших похожие судьбы. Кстати, Онода не выдержал жизни в сумасшедшем ритме современной Японии, и уехал в Бразилию.

Кроме богатой, трагической смысловой нагрузки, альбом Nude получился действительно очень интересным музыкальным произведением. Это целая музыкальная история, рассказанная в новом для Camel стиле. Она не только возвращает им часть старых поклонников, но и дает идею для будущего развития. Nude – это новое движение для Camel и стиль, отработанный в этом альбоме, после становится фирменным отличительным знаком группы. Арт-роковый подход к музыке, изрядно разбавленный популярной направленностью простых, доходчивых, запоминающихся мелодий, длинные музыкальные фразы, немного вокальных партий и мощный смысловой базис – вот основные козыри новой группы Camel. И пусть в Nude слышны отголоски прошлых музыкальных решений, пусть тексты весьма простоваты, пусть трек Docs, написанный в соавторстве с Уаткинсом, на самом деле является лишь переделкой трека «Mount St. Helens» с его первого сольника, очевидно, Латимер находит новый стиль, который достоин внимания прогрессивной общественности.

Прекрасный материал, которым оказался Nude, однако, не сказывается на стабильности группы. Череда неудач, постепенно поглощающая Camel, накрыла Латимера с головой. На поддержку Шелхааса и Уаткинса в записи рассчитывать не приходится, а Бас уезжает из Великобритании. Но если в прошлых неудачах рядом с Латимером всегда был Уард, в течение тура в поддержку Nude, произошло совершенно ужасное событие. К тому времени бессменный барабанщик группы изрядно увлекался наркотиками и алкоголем. В ходе турне, в состоянии наркотического опьянения, он пытается покончить с жизнью. Барабанщик травмирует руку, но, к общему облегчению, остается жив. Оставшиеся выступления, включенные в программу тура отменяются, а Латимер пытается отложить запись следующего альбома, надеясь на выздоровления друга и соратника. Однако, звукозаписывающую компанию не может растрогать трагическая ситуация, складывающаяся в группе. Decca Records требует записи следующего хита вдогонку к более-менее успешному Nude. У оставшегося участника оригинального состава Camel, кажется, не остается выхода. В складывающейся ситуации вокруг Латимера и его группы, не удивительно название следующего альбома, “Single Factor”. Не смотря на потрясающий список музыкантов, участвующих в записи, по сути Латимер остается не только единственным участником оригинального состава группы, но и ее единственным постоянным участником на момент выхода альбома. По сути, привлеченный еще на запись Nude, Dunkan Mackay становится ключом для основного состава, записывающего альбом 1982 альбома. Конечно, в записи значится участие и Энтони Филипса (Anthony Phillips), гитариста первого состава легендарных Genesis (кстати, оба гитариста долго играли вместе, и определенное участие Латимера заметно в некоторых работах Филлипса), и старого друга Латимера, Питера Барденса, неохотно согласившегося сыграть самую интересную в альбоме, однако, очень короткую инструментальную композицию Sasquatch (про большой размер ноги Эндрю Латимера), и два участника группы Sky (как и тубиста, участвующего в альбоме Nude, их, очевидно, пригласили продюсеры Sky и Camel) – Tristian Fry и основатель группы Curved Air клавишник Фрэнсис Монкман (Francis Mоnkman). На клавишах, кроме других громких имен, еще играет один из продюсеров Sky и Camel, Hydne Bendall. Такое же несчетное количество учавствующих в Single Factor магистров перкуссии - Fraham Jarvis (играл с Клиффом Ричардсом), Simon Phillips (The Who, Jeff Beck, Toto), Dave Mattacks (Fairport Convention). Но основу группы в этот раз неожиданно составляют приятели Маккея по Alan Parson Project басист David Paton (основатель интереснейшей прогрессивной группы Pilot 75-77 годах) и вокалист Chris Rainbow. Во время записи Single Factor они записывались в соседней студии и познакомились с Латимером почти случайно. Таким образом, в составе Camel 1982 года аж три музыканта из Alan Parson Project.

Single Factor в основном попсовый песенный альбом. Тут вариантов не может быть никаких, ибо в распоряжение к Латимеру попадает сразу несколько неординарных, сильнейших вокалистов и не воспользоваться их возможностями было бы просто преступлением. Кроме того, многие обвиняют этот состав Camel в чрезмерном подражании Alan Parson Project. Вообще, если альбомы Rain Dances, Breathless и отчасти I Can See Your House From Here можно назвать периодом Караваномании, то Single Factor открывает сравнительно небольшой