Interpol

Примеры создания инди-рок-групп по принципу «хорошо выглядишь, чувак, давай-ка что ли поиграем вместе», можно пересчитать по пальцам - во все времена подбор участников по внешнему виду был прерогативой коммерческих поп-проектов. Нью-йоркцев Interpol в последнюю очередь можно назвать бойз-бендом, однако история их начинается именно с одежды, точнее с … ботинок. Эту страницу своей истории «интерполовцы» афишировать не любят, но в качестве «легенды» она подходит как нельзя лучше. Особенно, если учесть, что Interpol - группа необычная, и стильные пиджаки и штиблеты отлично вписываются в имидж молодых интеллектуалов, играющих мрачную гитарную музыку с ощутимым налетом психоделии.

Итак, все началось с ботинок Dr. Martens, замеченных основателем и гитаристом Interpol Дэниэлом Кесслером (Daniel Kessler) на одной из лекций в Нью-йоркском университете, студентом которого он числился в конце 90-х. Обладателем шузов оказался Карлос Денглер (Carlos Dengler), студент кафедры психологии того же учебного заведения. «На нем были оригинальные «мартенсы» без желтых стежков, какие делают сейчас, - рассказывает Дэниэл. - У меня была подобная пара - они достались мне от брата. И, увидев их, я подумал, что этот человек носит их не с бухты-барахты, а наверняка имеет кое-какие представления о музыке. Как раз в то время я пытался найти хоть кого-то с похожими интересами, а конечной моей целью было, конечно же, создание собственной группы». В ходе знакомства выяснилось, что Карлос не только имеет «какое-то» представление о музыке, но и опыт игры в различных нью-йоркских инди-группах. Правда, уже успел устать от этого «опыта» и занялся серьезным изучением психологии, чтобы в дальнейшем не оказаться на обочине жизни. Вняв убеждениям нового друга, Карлос все же решил дать себе второй шанс и согласился послушать сочиненный Кесслером материал. К тому моменту у Дэна уже были какие-то наработки в загашнике, записанные вместе со своим приятелем барабанщиком группы Saetia и основателем лейбла Level Plane Records Грегом Друди (Greg Drudy ), игравшим на ударных. Карлосу понравились идеи его новых друзей и он с легким сердцем дал согласие на участие в будущей группе, пока, заметим, не имевшей никакого названия.

В свое время решив порвать с музыкой, Карлос Денглер продал свою гитару, так что Дэниэлу пришлось одолжить ему свой бас, и Карлос начал осваивать новый для него инструмент. Таким образом в 1998-м году и образовался костяк группы, которой буквально через несколько лет суждено было стать одной из самых ярких звезд нью-йоркской независимой сцены.

Сообразив, что дела принимают серьезный оборот, Дэниэл Кесслер начал думать о вокалисте для своего коллектива. И тут ему еще раз повезло: он случайно столкнулся со своим давнишним приятелем, уроженцем Эссекса Полом Бэнксом (Paul Banks), с которым познакомился много лет назад во Франции. Пол, как оказалось, уже долгое время жил в Нью-Йорке и тоже увлекался музыкой - пел и играл на гитаре. С его приходом группа обрела законченный вид и - свое теперешнее название. «Я всегда интересовался шпионскими штучками, работой спецслужб и тому подобным», - говорит Пол. Один из друзей вокалиста придумал смешную дразнилку: «Пол-Пол-Интерпол». Пол рассказал об этом остальным участникам группы и у кого-то возникла свежая мысль: «А давайте назовемся Interpol - интересно, загадочно и нестандартно». В дальнейшем у ребят происходило много забавных ситуаций, связанных с названием, но настоящая Интерполиция, по счастью, никогда не обращала внимания на столь наглую кражу.

Несмотря на свою сугубо американскую принадлежность, Interpol дружно обратили свои взоры на … британскую музыку и со временем достигли таких высот, что их стали называть «самой британской из всех американских команд». Дэниэл Кесслер взялся за сочинение музыки, Пол Бэнкс - за тексты, остальные тоже не сидели сложа руки. В качестве своих музыкальных ориентиров ребята называют нью-йоркскую панк-сцену и британское течение shoegazing. Журналисты настаивают, что слышат в музыке Interpol сильные влияния Joy Division, My Bloody Valentine, Velvet Underground и Television. Interpol сопротивляются, утверждая, что никогда не вдохновлялись суицидальными звуками Joy Division и уж тем более - тематической направленностью оных. «Возможно, голос Пола сбивает их с толку, - говорит Карлос Денглер. - Да, он иногда напоминает Иэна Кёртиса, однако, смею заметить, в музыкальном плане между нами нет ничего общего. У всех нас очень разные музыкальные вкусы. Полу и мне, например, нравятся Air и Roykssop. Дэн слушает Lambchop, Spiritualized и Can. Сходимся мы по вкусам только разве что в отношении совсем уж классических команд, таких как Led Zeppelin. И потом, посмотрите - Полу всего 24, он услышал Joy Division всего лишь пару лет назад и нельзя сказать, чтобы они ему очень понравились. Пол обладает более эмоционально окрашенным вокалом, Иэн же - упокой Господи его душу! - читал монотонно». «Журналистам всегда нужно на что-то опереться в описании новой группы, - размышляет Дэниэл Кесслер. - Им просто лень углубляться в материал, они берут то, что лежит на поверхности».

Проведя два года в постоянных репетициях и выступлениях по клубам Нью-Йорка, к 2000-му году Interpol подошли в качестве одной из самых многообещающих команд города, получив ангажемент в Mercury Lounge и The Bowery Ballroom - культовых сценических площадках. Однако как раз в этот момент барабанщик Грег ушел в группу Hot Cross, мотивируя свое решение «непреодолимыми творческими разногласиями». «Интерполовцы» горевали недолго. Дэниэл Кесслер вспомнил еще об одном своем друге - Сэме Фогарино (Samuel Fogarino), работавшем в одном из музыкальных магазинов, куда любили наведываться музыканты Interpol. Уговаривать Сэма не пришлось - он с радостью присоединился к группе, и в таком составе Interpol записали свой первый сингл «Precipitate», за которым в конце 2000-го последовал еще один, выпущенный лейблом Chemical Underground в рамках издаваемой им серии Fukd I.D.

Сингл был с большим энтузиазмом встречен как в местной тусовке, так и за океаном - благодаря активной ротации сингла на лондонской радиостанции XFM. Уже в апреле 2001-го Interpol сделали свой первый выезд за рубеж и дали несколько концертов в Глазго, Манчестере и Лондоне. Свое внимание на молодую группу обратил небезызвестный Джон Пил, знаменитый диджей, пригласивший музыкантов в эфир своей программы на Radio 1. Естафету подхватил вездесущий NME, толкнувший клич: «Идти и смотреть! Немедленно!!». Таким образом, Великобритания первой открыла феномен под названием Interpol. Музыканты вернулись на родину, окрыленные успехом.

Концерты Interpol неизменно собирали толпы слушателей, привлеченных если не саундом команды, то хотя бы их имиджем: все музыканты Interpol одевались исключительно в черное и предпочитали строгие костюмы и начищенные ботинки обычным для припанкованной тусовки Нью-Йорка джинсам и футболкам. Как говорят сами музыканты, они никогда не планировали свой имидж. «Когда мы начинали группу, никто из нас не спрашивал друг друга: «Ребята, а как будем одеваться?» - говорит ум, честь и совесть группы Дэн Кесслер. - Мы тогда вообще думали об имидже в последнюю очередь. Мы собрались достаточно спонтанно и единственное, над чем задумывались - а сможем ли играть вместе? И если все мы любим костюмы и галстуки, то просто так уж получилось». «Возьмите, например, Сэма, - вступает в разговор Карлос Денглер. - Он никогда не видел нас на сцене, но пришел в костюме на первую же репетицию! Это был знак - мы выбрали именно того человека, который нам нужен». «И если вы уж присмотритесь к нам внимательно, - продолжает тему Пол Бэнкс, - то увидите, что одеваемся мы каждый по разному, во что кому больше нравится. Interpol состоит из четырех разных личностей, мы не группа в униформе!» Если последовать совету Пола и присмотреться внимательнее к ребятам из Interpol, можно заметить, что он прав: Дэниэл и Карлос, например, обожают пиджаки итальянского покроя с обязательными галстуками, Сэм демократично обходится без галстука, а что касается самого Пола, то он предпочитает различного рода пуловеры. Естественно черные. На этом можно и завершить рассказ об имидже группы, отметив про себя, что панк-группа (а Interpol позиционируют себя ближе к панку, чем к какому-либо другому стилю), одевающая на свои выступления классические костюмы - явление, встречающееся в природе очень редко.

В августе 2001-го года Interpol отыграли на первом в своей карьере фестивале, которым стал французский La Route du Rock, где выступили перед десятью тысячами зрителей; через три месяца - в Париже - на Festival Off. Вернувшись из поездки за океан, музыканты сразу же закрылись в студии, дабы не теряя времени, записать свой первый полноформатный альбом. Запись материала проходила в Коннектикуте, на студии Tarquin Studios, расположенной на верхнем этаже бывшего приюта для умственно неполноценных детей. Нервозная атмосфера дома отразилась и в самом «Turn On The Bright Lights», вышедшем летом 2002-го года. Продюсерами записи стали стали Питер Кэтис (работавший ранее с Mercury Rev) и Гарет Джонс (Depeche Mode, Clinic).

«Turn On The Bright Lights» был выпущен нью-йоркским независимым лейблом Matador. Музыканты сознательно не хотели связываться с крупными выпускающими компаниями. «Мейджоры убивают потенциал команды - как творческий, так и жизненный», - уверены они. Дебютный альбом удостоился горячего приема у публики и похвальных рецензий в музыкальной прессе. «Ramones играют кавер-версию «Ok Computer», - так выразился один из критиков.

Слушателям пришлись по душе атмосферно-дождливые звуки «Turn On The Bright Lights», усугубленные загадочными текстами Пола Бэнкса. Авторскую манеру Бэнкса частенько сравнивают с творчеством Морисси и Дэвида Бирна. Усталость, одиночество, размышления о несчастной любви странным образом сочетаются у него с оптимистическими нотками, сияющими, как солнце из-за туч. Несмотря на кажущуюся мрачность, «Turn On The Bright Lights» получился на удивление позитивным альбомом.

«Мы не любим объяснять тексты своих песен, - отмахивается от вопрошающих Дэн Кесслер. - Если все будут объяснять, что хотели сказать тем или этим, у людей атрофируется воображение, разве не так?»

Одной из самых ярких композиций альбома называют «NYC», которая остро напоминает о том, что произошло в Нью-Йорке 11 сентября 2001-го года. «На самом деле, она была написана гораздо раньше, - говорят музыканты. - И не имеет ничего общего с произошедшим».

«Не поймите превратно, мы все интересуемся политикой, - оправдывается Карлос Денглер. - И у каждого из нас свое мнение на этот счет. Мы читаем газеты - мы вообще очень много читаем! - и находимся в курсе всего, что происходит вокруг нас. Но что касается политики в песнях… Дэниэл и Сэм - большие поклонники Clash и очень расстроились, узнав о смерти Джо Страммера… Но нам не нравится петь о политике. Мы не считаем это необходимым. Когда я слышу политические тексты, я вспоминаю Элвиса. У него была единственная цель - развлекать, а не нагружать людей».

У поклонников Interpol правилом хорошего тона является одеваться так же, как и их кумиры. И нельзя сказать, чтобы музыкантам это не нравилось. «Когда я вижу в зале зрителей, одетых, как я, меня это очень удивляет, но и льстит одновременно, - говорит Карлос. - Это значит, что кто-то, идя на концерт, подумал обо мне, подумал, что может хоть таким образом сделать мне приятное. Я не поощряю подражательства, боже упаси! Наоборот, мы - за индивидуальность, творчество и оригинальность. Но это непосредственный знак, что мы имеем какое-то влияние на других людей. Так что такое «подражательство» нам даже в кайф».

По словам музыкантов, они еще ни разу не пожалели о том, что взяли такое громкое название - Interpol. «У нас никогда не было проблем с настоящим «Интерполом», - говорит Дэниэл. - Правда, мы постоянно получаем письма с просьбами найти украденную машину, вернуть домой сбежавшую кошку и так далее. Но всегда отвечаем: «Ребята, извините, мы просто рок-группа!» Я, честно говоря, не понимаю, о чем они думают, заходя к нам на сайт - неужели он похож на сайт правительственной организации?…»

«Однажды был смешной эпизод, - вспоминает Пол Бэнкс. - На одном из выступлений ко мне подошел человек и сказал, что работает в том самом Интерполе и, узнав, что в город приезжает команда с таким же названием, решил посмотреть на нас. Я уж хотел было крикнуть ребятам, чтобы подошли познакомиться, но он сказал: «Шшш! Не нужно об этом распространяться». Пожал руку и быстро ушел. И я такой: «Вот это да! Настоящий шпион! И попросил меня не раскрывать его! Ну и дела!»

После выпуска альбома Interpol на долгое время оказались втянутыми в гастроли по США и Европе, включая уже ставшие родными Францию и Великобританию, где музыкантов принимали в качестве суперзвезд. Конец 2003-го принес Interpol замечательную новость: их дебютная работа вошла в список лучших альбомов по версии премии Shortlist Music Prize - аналога британской Mercury. Среди финалистов Shortlist Music Prize - The Streets, Sigur Ros, Black Keys, Bright Eyes, Cat Power, Floetry, Interpol и Yeah Yeah Yeahs. Этой премией отмечаются наиболее творческие и перспективные альбомы, выпущенные за прошедший год. Имя победителя будет оглашено 5 октября в Лос-Анджелесе.

В 2004 году группа играет на разогреве у The Cure на Curiosa Festival. В этом же году выпущен второй альбом «Antics».

Летом 13 июня 2007 года группа выпустила альбом Our Love To Admire.

Осенью 2010 вышел одноимённый альбом Interpol. Он стал последней студийной работой Карлоса Денглера (об уходе которого было объявлено ещё летом) с группой.