Hooker John Lee

Он родился в 1917 году в большой семье в Кларксдейле, Миссисипи, - сердце Дельта-блюза. На первые занятия музыкой его вдохновил отчим Уилл Мур (Will Moore) - проповедник и музыкант , в чьем доме останавливались многие легенды раннего блюза. В их числе были Чарли Паттон (Charley Patton), Блайнд Блэйк (Blind Blake) и Блайнд Лемон Джефферсон (Blind Lemon Jefferson). Не имея денег или возможностей раздобыть инструмент, Хукер последовал в изготовлении гитары традиции бедных сельских мальчишек: натянул проволочки на амбарную дверь. На этом инструменте он и начал подражать стилям Мура и его гостей.
Когда Хукер подрос, родители разошлись во мнениях относительно важности его занятий музыкой: его мать постоянно им сопротивлялась. В итоге из-за этого Хукер покинул дом и направился в Мемфис, где процветала «музыка Бил-Стрит» (Beale Street music). Проработав несколько лет служителем в кино и иногда выступая «на замене» в Парке У.К.Хэнди (где ему случалось встречаться с совсем еще молодым Би-Би Кингом (B.B. King), Хукер отчалил в Цинциннати, где занимался разными поденными работами и, следуя традициям отчима, пел и блюз и госпел.
Через семь лет новый переезд положил финал его миграциям. В 1943 году Хукер осел в Детройте, привлеченный перспективами высокооплачиваемой работы на военном заводе и выступлений в клубах на Гастингс-Стрит. «Многие блюзмены поехали в Чикаго, - говорил Хукер. - Я отправился в Детройт, потому что там конкуренция была меньше.
Как раз во время выступлений в клубах Хукер начал играть на электрогитаре, чтобы слышать самого себя сквозь шум посетителей. Сначала он поставил съемный звукосниматель на акустику, а затем, узнав, что Ти-Боун Уокер (T-Bone Walker) играл на электрогитаре, тоже купил инструмент. Он привнес в его буги новую атаку, к большому удовольствию слушателей. «Народ зажигал на танцполе. Я хотел, чтобы они танцевали. Я хотел делать такую музыку, чтобы под нее нельзя было усидеть на месте. Я сам спускался со сцены - у меня был длинный шнур», вспоминал Хукер.
Хукер упорно работал в клубах Детройта, совершенствуя фирменные «фишки» и зарабатывая репутацию. Его упорство было вознаграждено в 1948 году, когда им заинтересовался Бернард Бесман (Bernard Besman), владелец студии United Sound. На первом прослушивании у Бесмана Хукер играл буги, вдохновленное Уиллом Муром, поверх которого спел автобиографическую историю про проблемы молодого музыканта в семье из-за его увлечения. Запись «Boogie Chillun» немедленно стала хитом, и имя Хукера оказалось на музыкальной карте.
В отличие от большинства «проснувшихся знаменитыми», Хукер продолжал выпускать свои хиты с потрясающей скоростью. «Crawling King Snake Blues» (основанной на теме, уходящей корнями глубже Блайнд Лемона Джефферсона), «John L’s House Rent Boogie» и «I’m in the Mood» (имевшей очень относительное касательство к вещи Глена Миллера «In the Mood») - вот только три вещи, попавшие в хит-парады в следующие несколько лет. Казалось, что Хукер способен записываться где угодно, в любое время, для любой студии и почти под любым именем, среди которых были John Lee Booker, John Lee Cooker, Johnny Lee, Johnny Williams и Birmingham Sam and His Magic Guitar.
Как и его чикагский современник Мадди Уотерс (Muddy Waters), Хукер представлял непретенциозный, «домашний» стиль, пользовавшийся успехом у южан, наводнивших города Севера во время и после войны. На акустике он играл или на электрогитаре, он мог вызвать настоящее или прошлое и любое место от Дельты до Детройта с помощью только гитары, голоса и ботинка. Он нашел свою музыкальную нишу и мог впитать в себя любое музыкальное влияние, вывернуть наизнанку и выдать обратно как нечто, свойственное только Джону Ли Хукеру. Сила его подачи сияет даже сквозь такие эксцентричные эксперименты, как «Walking the Boogie» 1952 года с наложенным вокалом и ускоренными партиями второй гитары.
В середине пятидесятых Хукер начал чаще работать с группами, в которых играли очень талантливые гитаристы, такие как Эдди Тэйлор (Eddie Taylor, более известный как партнер Джимми Рида) и Эдди Кирклэнд (Eddie Kirkland). Больше того, его записи этого периода на лэйбле Vee-Jay способствовали тому, что его влияние распространилось и за океаном. «Dimples» и «Boom Boom» сделали Хукера виртуальной иконой среди молодых британских музыкантов и вдохновили несколько успешных блюз-роковых команд, таких как The Animals и The Yardbirds. Как Биг Билл Брунзи (Big Bill Broonzy), Хукер нашел себя в двух ипостасях: современный городской музыкант с электрогитарой и домашний Дельта-блюзмен с акустикой. Как хамелеон, Хукер приспосабливался к любой ситуации, сохраняя свой личный мощный стиль.
Когда музыкальный бизнес переключился с пластинок на 78 оборотов в минуту на синглы и альбомы, Хукер продолжал выдавать в течение всех шестидесятых материал для различных фирм, представляя такие стандарты, как вдохновленная Мадди Уотерсом «Big Legs, Tight Skirt» или «One Bourbon, One Scotch, One Beer». Его работа 1970 года с группой «Canned Heat» под названием «Hooker & Heat» стала заметным явлением блюз-роковой эры и имела в Америке коммерческий успех. Даже в следующие десятилетия, когда блюз перестал быть коммерчески привлекательной музыкой, записи Хукера можно было найти в пригородных магазинчиках рядом с пластинками Би-Би Кинга и Джимми Рида.
Примечательно, что новый всплеск карьеры Хукера начался в 1989 году с записью «Тhe Healer» спродюсированной Роем Роджерсом (Roy Rogers). На ней он играет с такими своими последователями, как Карлос Сантана (Carlos Santana), Бонни Райтт (Bonnie Raitt), Роберт Крэй (Robert Cray), «Лос Лобос» («Los Lobos») и Джорджем Тороугудом (George Thorogood). Затем появились «Mr. Lucky» и еще несколько записей, сделанных тем же звездным составом. «Это было хорошее время», - говорил Хукер по поводу своей карьеры. - «Я видел два поколения, которые слушали мою музыку, и может быть, мне повезет увидеть третье». И он был прав. В конце концов, блюз Дельты, Чикаго и Детройта знал свои взлеты и падения. Но Джон Ли Хукер записал несколько вещей, словно бы предназначенных для нового тысячелетия.