Emma Shapplin

Эмма Шапплин (Emma Shapplin) (настоящее имя Кристель Жолитон) - молодая, талантливая звезда, жемчужина мировой современной музыки. Эмма Шапплин поклонница оригинальности во всем: арии из классических опер, новые произведения, стилизованные под итальянские оперы на староитальянском языке – языке Данте и Петрарки, в соединении с современными ритмами дают интересный эффект. В композициях и в удивительном, мерцающем как драгоценный камень, голосе певицы есть что-то волшебное.
Дебютный альбом Эммы Шапплин «Carmine Meo» (1997) взлетел на вершину музыкальных хит-парадов в 26 странах и всего за три месяца стал «золотым», а вышедший чуть позднее диск «Etterna» закрепил позиции молодой певицы Эммы Шапплин на звездном небосклоне.

Эмма родилась 19 мая 1974 года и благодаря двум своим братьям росла девчонкой-сорванцом. Ее красота и неугомонность достались ей от матери, а отец, настоящий любитель природы, привил Эмме страсть к жизни и любовь ко всему, что нас окружает.
Семья Шаплин была семьей любителей музыки, но никто никогда даже не думал о том, то Эмма сможет стать звездой мирового масштаба. И вот однажды, когда Эмме было 11 лет, к ней пришло музыкальное вдохновение…

Она услышала по телевизору замечательную мелодию «The Queen Of The Night», которая сопровождала один рекламный ролик. Эмма не могла выбросить из головы эту музыку несколько дней подряд, настолько она была поражена красотой звуков.
В то время, пока другие дети пели песенки про колокольчики и розы, Эмма пела Моцарта. Где бы она не была, дома, на улице или в школе она постоянно пела. А завуч школы не был так туг на ухо, чтобы вскоре не обнаружить, что нарушителем школьных порядков была не кто иная, как маленькая Эмма.
Она, конечно, обещала никогда этого больше не делать, но слова своего не сдержала. Тогда завуч выставил Эмму перед всей школой и заставил ее в приказном порядке петь. По всей видимости, акустика в школьном дворе была фантастической, потому что через 5 минут Эмма стала членом школьного хора, а менее чем через 48 часов ее избрали солисткой.

С этого момента музыка стала всей жизнью Эммы, и она еще более активно взялась за тренировку своего голоса.
Эмма брала уроки пения у этой учительницы в течение двух лет и была убеждена, что нашла свое место в жизни. Но она уже приближалась к тому возрасту, когда ее родители начали думать о ее карьерных перспективах и о ее будущем. “Они не думали, что пение могло бы быть правильной работой, - вспоминает Эмма. – мой отец был полицейским и думал, что, возможно, я могла бы пойти по его стопам. Моя мама была секретарем и думала, что это могла бы быть хорошая работа для меня. Я понимаю, почему они хотели, чтобы я сконцентрировалась на других моих предметах. Но для меня пение – это подтверждение того, что я жива”.

Хотя Эмме все еще нравилось кричать, ей начало не хватать оперной музыки. Однажды подруга ее мамы взяла молодую рок-певицу с собой в Парижскую Оперу на “Дона Джованни” Моцарта. Впервые Эмма видела оперу на сцене, и она была в восторге. “Я подумала, что, услышав такую прекрасную музыку, можно и умереть спокойно, - вспоминает она. – Мы сидели на балконе, и я помню, как хотела выпрыгнуть и полететь”.
Она начала снова искать учителя и поступила в музыкальную школу. Но вскоре Эмма обнаружила, что стиль обучения достаточно холоден и формален, и через некоторое время она с другом уехала в Нью-Йорк. “Пока я была там, я чуть-чуть пела R&B, у которого была схожая сила с оперой. Это очень земной стиль, и он сильно способствовал моему сегодняшнему подходу к музыке”, - говорит она.

Родители были, конечно, рады успехам дочери, но в то же время их очень беспокоило ее будущее. Да, у Эммы есть талант, но какая у нее будет профессия? И пока родители размышляли, Эмма лелеяла мечты о том, как она станет оперной певицей. Однако так получилось, что в возрасте 19 лет ей предложили стать вокалисткой хард-роковой группы «North Wind» и она согласилась. Тогда же Эмма принимает решение покинуть родительский дом и переезжает в Париж, где продолжает заниматься вокалом и одновременно начинает работать, сначала секретарем, затем фотомоделью и оператором коммутатора. Таким образом она смогла заработать достаточное количество денег для оплаты уроков пения.
Период, когда Эмма сочетала работу с вокальными уроками, продолжался почти 2 года, и все это время она мечтала о прослушивании в Парижской Опере. Но, видно, так было угодно судьбе, что карьера Эммы Шаплин приняла совершенно другое направление.

В один из вечеров друг Эммы познакомил ее с Жаном-Патриком Капдевиллем – журналистом, фотографом, художником, мастером видеороликов и бывшим рок-певцом, завоевавшим признание французов в 80-е годы.
Проговорив несколько часов подряд, Эмма и Жан-Патрик, сошлись во мнении, что им одинаково нравится Верди, Мария Каллас, стиль new age и вообще хорошая музыка. Находясь под впечатлением вокального таланта Эммы, Капдевилль предложил молодой певице выпустить дебютный альбом. Всего за 2 месяца был смикширован и записан диск под названием «Carmine Meo», но до этого было затрачено более 18-ти месяцев, ушедших на сочинение и планирование альбома. Появившись в продаже 5 декабря 1997 года, альбом сразу стал хитовым, хотя до его выхода никто не мог предвидеть, что песни, написанные на латыни и итальянском языке XIV века – языке, не бывшем в употреблении со времен Данте и Петрарки, будут иметь громадный коммерческий успех. Классическая музыка XIX века в сочетании с современными ритмами, бас-гитарой, ударными и оперным хором произвела настоящий фурор в музыкальном мире. Спустя всего каких-то 10 месяцев после выпуска альбом Эммы Шаплин забрался на верхушку чартов по всему миру и был распродан 100-тысячным тиражом в 40 странах, а в самой Франции тираж альбома перевалил за 200-тысячную отметку, принеся Эмме 2 золотых диска.

Когда Эмма наконец вернулась во Францию, она возобновила уроки пения. Но в тот момент она решила, что не хочет идти в оперу, особенно после того, как один преподаватель обвинил ее во вставке ритмов groove в исполнение одной из известных арий. “Это привело меня к мысли, что я могла бы найти свои собственные пути выражения и использовать свой голос для открытия чего-то своего”.
Случайная встреча с французским композитором и поп-звездой Jean-Patrick Capdvielle дала ей шанс. Они встречались и раньше, но со смелостью, которой она до сих пор удивляется, Эмма попросила его написать для нее альбом. “Но я не Верди”, - сказал он ей. “А я не лучшая оперная певица, поэтому мы могли бы вместе что-нибудь сделать”, - ответила она.
Ее смелость произвела должное впечатление, и через неделю он позвонил Эмме. Так они начали работать вместе. “Когда стало очевидно, что это сработает, мы были счастливы”, - говорит Эмма. И действительно это сработало так хорошо, что получившийся альбом “Carmine Meo”, вышедший в 1997 году, разошелся тиражом более 1,5 миллионов копий. Альбом взлетел на вершину французских альбомных чартов, за первые три месяца было продано 100000 копий, а Эмма получила первый из множества своих золотых дисков. Вскоре успех повторился на международном рынке, когда “Carmine Meo” поднялся на вершины мировых хит-парадов, обходя, между прочим, альбомы Селин Дион и Мадонны.

Большая часть материала на “Carmine Meo” была написана Jean-Patrick Capdvielle; для своего второго альбома Эмма решила писать свой собственный материал. Подписав контракт с новым лейблом ARK21, она начала искать нового музыкального единомышленника. Miles Copeland, глава ее нового лейбла, рекомендовал ей Graeme Revell, композитора, чья работа появилась на саундтреке к фильму “Red Planet”. Он превосходно подходил Эмме. “В его музыке я обнаружила отголоски того, что я искала”, - говорит Эмма.
Новый альбом создавался осторожно и скрупулезно в течение длительного периода, дабы не упустить ни одного слова, ни одной фразы, чтобы все было на своем месте. Полные поэтической проницательности и запоминающихся образов, все тексты были написаны Эммой, и она внесла существенный вклад в музыку и аранжировки; в каждой песне есть свой оригинальный характер, созданный ярким воображением, чтобы выразить различные эмоции или идеи. Богатство и запоминаемость образов – все это почти визуальное качество “звуковых картин” Эммы. “Мне нравится думать об этом как о музыке, которую можно увидеть”, - говорит Эмма. Действительно, она задумывала “ETTERNA” скорее не как музыкальный альбом, а как часть своеобразного аудио-визуального опыта. Дизайн альбома, видео (сценарии к которым она пишет сама), ее собственное тело и костюмы, световые эффекты на ее живых выступлениях, так же как и концепция фотографий – все это части одного целого.
Эмма также приняла неожиданное решение писать тексты и петь на итальянском - языке, не родном для себя. Что еще более удивительно, она выбрала не современный разговорный язык, а античный, поэтический периода 14-го века и причудливый итальянский таких авторов, как Данте и Боккаччо. “Я хотела чего-то такого, что имело бы вечную, похожую на мечту, ценность, - объясняет она. – Петь это на обычном разговорном языке привело бы к искажению смысла. Я хотела, чтобы запись оставалась как бы мечтой”.
Если это и мечта, тогда то, что сейчас выходит – это реальность для Эммы. “ETTERNA” – это альбом, благословленный редкой и сокровенной красотой, которой предсказывают превышение успеха даже “Carmine Meo”. Если первый ее альбом характеризовался элементами земли и огня, она говорит, что “ETTERNA” – это в большей степени воздух и вода. Его текстуры мягкие, нежные и даже хрупкие, и в тоже время, темные и роскошные, как тяжелый след сжатого бархата. “Все это вопрос сбалансированности”, - говорит она.
“ETTERNA” – это альбом совершенного баланса и природного равновесия. Особый альбом из особого места. Альбом из грез Эммы Шапплин.

Кстати, последний раз в Москву Эмма приезжала в апреле 2007 года. Почетным гостем на концерте был Николай Басков, который с успехом отважился петь с Эммой дуэтом и с большим успехом запорол ее бессмертный хит «Spente le Stelle». Сидеть бы вам лучше дома в этот день, Николай…